Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Живые факелы

Ровно год назад, с разницей в 20 дней, такой же живой факел пылал в Ижевске.  Только лозунг был национальный. «И если завтра мой язык исчезнет, то я готов сегодня умереть».

https://nelidova-ng.livejournal.com/39369.html

 Кто сейчас помнит об этом человеке? 

 Такое же стояло бабье лето: сухой тёплый, солнечный осенний день. И ещё знаю страшный день — среди долгих пасмурных дней с мокрым снегом будто вдруг на один день вернулось лето. Именно в этот день он покончил с собой. Совпадение? 

Вспомните Леонида Андреева, «Жизнь Василия Фивейского». Именно солнечная благословенная погода, когда всё живое радуется, самые ранимые люди особенно остро чувствуют одиночество, отчаяние, тревогу, ужас и решимость изменить ВСЁ. 

В один такой же чудесный солнечный день человек проснулся, выпил кофе и начал собираться на работу. У него были планы на день, на неделю, на годы. На долгую бурную, насыщенную жизнь. Он услышал настойчивый голос и шагнул с балкона. Кто-то думал: болезнь. Кто-то опасливо шептал про психотропное оружие. 

Но про оружие, болезнь и голоса лучше не писать — разорвут. Потому что фанатиками с горящими газами уже  вознесено огненное знамя революции. А негодяи, как положено, потирают руки в предвкушении барышей, которые им эта революция сулит.

Collapse )

Костромская уборщица, как фига в кармане

Как жирная галочка в отсутствующей графе «против всех». Даже не галочка, а нарисованный в квадратике неприличный жест. Смачный плевок в лицо власти. Голый зад, злорадно показанный в окошко властной тёще. Ты нас так? А мы тебя — вот так. Утрись. И несчастный глава поселения как представитель этой самой власти, не просто утирается, а на грани сердечного приступа.

Сбылась хрустальная ленинская мечта. У новой главы поселения нет высшего образования, опыта управления и работы с документами. Чем закончится «кухаркино» правление? А ничем. Чуда и процветания в отдельно взятой костромской деревне не наступит. 

Как водится, новоиспеченную звезду тотчас взяли в оборот. Первой подсуетилась оппозиция. Выдвинула женщину Марину на Нобелевскую премию. Позвонили ребята из «Би-би-си». Со всех сторон сыплются мольбы дать интервью. Скорее всего, сулят за них неприличные, бешеные деньги. Космические, по меркам деревни Повалихино. 

Молодая труженица тряпки и ведра «с простым русским лицом» в первые дни вела себя, как вела бы любая сельчанка. Пряталась от непрошеной свалившейся славы. Убегала на клюквенные болота. Тут ещё неизвестно как повернётся, а хоть клюквы на зиму наберёт.

 Но тут и вышестоящие товарищи опомнились. Утёрлись от плевка и с готовностью выразили желание помочь молодой коллеге. Так сказать, предложили влиться в ряды. 

Collapse )

Сменяемость власти не приведёт ни к чему. Ни к чему хорошему.

Потому что сменится власть, а не сменимся мы. Потому что сначала должно смениться общество, а потом уже власть. Потому что нужно быть граждански зрелым обществом. 

Мы родом из Советского Союза, где всё за нас решали партия и правительство, и результаты выборов были 99, 9 процентов. С конца 80-х на наших глазах уничтожается вторая по значимости страна мира — мы пальцем не шевельнули. Откуда взяться гражданской зрелости?

Стали мы жить лучше после смены власти в 1917 году? Брат на брата. Потопленная в крови страна. Возродившаяся затем на рабском труде рабочих и крестьян: мягкое рабство искусно романтизировалось и воспевалось творческой интеллигенцией, как трудовое мужество, садиками, школами, кино, ТВ и литературой.

Стали мы жить лучше после смены власти в 1990-х годах? Стали лучше жить постсоветские республики? Та же Украина, Средняя Азия, обросшие жирком за 70 лет за счёт русского Нечерноземья?

 А мы? На глаза попался номер роман-газеты, издание 1989 года. Тогда как раз хлынул поток обличающей литературы. Творческая интеллигенция «раскрывала» нам глаза о злоупотреблениях председателей облисполкомов и секретарей горкомов. Какие злоупотребления? Взятка 200 рублей от учителя Ромашкина. Перепланировка из 4-комнатной в двухкомнатную. Тайный жестяной гаражик для «москвича». Неучтённая квартирка в кооперативе. Мы читали и ужасались размерам злоупотреблений. И эти люди смели говорить нам о чистоте коммунистических помыслов?

Collapse )

"За женское обрезание"

«В сущности, люди, которые выступают за обрезание женщины, имеют самые благие намерения. Они зрят в корень зла. Они просто хотят спасти мир, вернуть Адама и соблазнительницу Еву в Эдем. Исправить первородный грех».  

Вышеприведённая фраза принадлежала собеседнику, а не мне. Произнеси я подобное («за женское обрезание») — эти слова стали бы для меня последними на белом свете. В ту же минуту тысячи разъярённых женщин всего мира растерзали бы меня не в клочья даже — в микроскопические частицы.

- Так и есть, - горько признал собеседник под ником Vestnik Mira (скромненько и без вкуса). - Женская агрессия имеет животное начало и гораздо страшнее мужской.  

Всё началось с того, что я перепостила статью про ингушскую девочку, которой папа сделал ритуальное обрезание. Не сам отец, конечно — женщина-гинеколог в поликлинике. Стандартная процедура, в прайс-листе где-то между массажем и ромашковыми ванночками. Оценивается в 2 тысячи рублей.  

И вот, когда я уже забыла про тот перепост, из фейсбучного небытия выплыл вежливый незнакомец, попросился в друзья. Началась переписка, причём солировал в ней Вестник, мне больше приходилось отбиваться.      

***

- Все беды на Земле от женщины, от её прелести и похоти, - констатировал Вестник.

- Давайте заменим слово «похоть» на… сексуальное влечение, - предложила я.

Collapse )

Кто устроил старушке Европе подлянку в виде арабских иммигрантов?

Какая прелесть эти старые английские детективы! Старинные особняки, мощёные улочки, корявые мощные дубы из XYII века. Джентльмены в цилиндрах, с тросточками, чопорные леди, и даже убийцы садовник и дворецкий— истинные сыны Англии. 

«Не толерантно», — решил кое-кто. И вот всё громче о себе заявляют фильмы, где жертва — непременно обиженный араб в окружении защитниц прав человека, почему-то всегда озабоченных старых дев. А главным злодеем и подлецом, разумеется, назначен белый джентльмен с тростью. 

В следующем английском триллере главный герой — смуглый горбоносый доблестный следователь по имени Абдуррахман ибн Хоттаб... ну, или что-то в этом роде. Дальше, видимо, будем наблюдать растущее количество актёров арабского происхождения, а ещё дальше — где герои от главного до последнего эпизодического  — исключительно выходцы из стран Ближнего Востока. По типу последних, сплошь «чёрных» американских фильмов. 

Где разве что глаз на 1-2 минутки отдохнёт на разбавленной одиноким белым лицом массовке или на белокожем надзирателе. Вот вам за колонии, вот вам за многовековое рабство! Жизни чёрных (цветных) важны!

***

А я под впечатлением от немецкого фильма «Я его принцесса», по реальным событиям.

Collapse )

Если дать свободу России сегодня - она порвёт страну в клочья

Скажите, а что нам ещё надо? Мы говорим, что хотим. Мы пишем, что хотим. Читаем что хотим. Мы пьём и едим, что хотим. Мы любим кого хотим. Мы выражаем протест — в одиночных пикетах хоть сейчас, массово — по предварительной заявке. Или не выражаем — если лень слезть с дивана. 

Мы голосуем за кого хотим. Мы поносим и плюём во власть сколько хотим. Мы купаемся в речках где хотим, в лесах собираем грибы и ягоды где хотим. Мы путешествуем по свету где хотим. Учимся на кого хотим. Мы работаем где хотим, если, конечно, наши хотелки — не быть Ротенбергами.

Каких ещё свобод требуют недовольные? Возвращения малиновых пиджаков, паяльников в зад, зацементированных в гаражах конкурентов? За плечами 30 лет печального опыта. Ещё не затянулись ожоги, ещё не остыла сковорода с красивым названием «свобода». 

Какого рожна ещё надо, что конкретно подразумевается под словом «свобода»? Учтите, что полной и безграничной свободы не было и нет нигде, даже в Гуляй-поле у батьки Махно её не было. А если она наступит, полная и безграничная — это будет шабаш, конец света. Частично мы его уже наблюдаем за кордоном — власть воинствующего меньшинства над большинством. Бородатые женщины, целующиеся, мужчины, родители №1 и 2. Полицейские на коленях перед чёрными тунеядцами в IY степени ожирения.

*** 

Collapse )

Никогда ещё мы не жили так хорошо, как теперь

Кто живёт этих домах? Две садиковские воспитательницы, четверо рабочих, один инженер, два рядовых фармацевта...
Кто живёт этих домах? Две садиковские воспитательницы, четверо рабочих, один инженер, два рядовых фармацевта...

 — именно так сказала моя знакомая, простая русская пенсионерка. 

Я задохнулась от возмущения: «Как?!» И, в течение 3-х минут без перерыва потрясала кулаками и сыпала страстными выкриками, будто на митинге Зюганова: «Коррупция! Воровство! Страна предана и продана! Экономика и сельское хозяйство развалены! Мы колония китайцев! Идеология: наворуй и смойся за границу. Народ озлоблен, взбешён — почитай комменты в соцсетях». 

— Но факт остаётся фактом, — спокойно (и цинично, как мне показалось) — сказала знакомая, переждав, когда я выкричусь и устану, выдохнусь. — Вспомни: когда фабрики и заводы в СССР крепли и процветали — мы жили намного беднее.

... Я смотрю чёрно-белые снимки своего детства. 60-е годы. Годы, когда мы были первые в мире по космическим полётам и разработкам  атомного оружия. Домашняя обстановка и одёжка — обнять и горько плакать. Это в семье учителей, что уж говорить про соседских детей доярок и трактористов. Старшую сестрёнку до трёх лет носили на руках — по улице не побегаешь в шерстяных носочках, а сандаликов в райпо не продавали.   

Вот на снимке наш дом. Пятистенная крепкая изба, но сейчас в отдалённых деревнях такие стоят заколоченные, и даже социально безответственные мамашки кривят рты и не хотят покупать такой на материнский капитал. Уборная на улице, дровяное отопление, вода для питья и для полива в колодце за 200 метров. И такие все дома в селе, только у директоров школы и совхоза водопровод проведён в дом.

Проезжаю по родной дороге — и это то, что раньше мне, восторженной деревенской девчонке, казалось шикарным пригородом? Бедность, не ухоженность, скучное серое дерево.

Сейчас дом из обычных брёвен — не дом. Подавай нам кирпичный, каменный, в крайнем случае оцилиндрованный, пропитанный разными огнеупорными и антигрибковыми средствами, нарядный как игрушечка, с сауной, качелями, беседками, бассейном, лужайкой, цветниками, прозрачными куполообразными теплицами. Выращивай хоть арбузы, хоть виноград.

Улицы и стоянки забиты иномарками граждан — истощённых, протягивающих костлявые руки, едва сводящих концы с концами. В самых распоследних маргинальных семьях — непременно сияет белоснежная спутниковая тарелка на грязном захламлённом балконе. Детишки упитаны, разодеты как попугайчики, почти у всех смартфоны-айфоны последней модели. 

Ах, они от пальмы упитанные, от нездорового питания?! Так кто мешает развести огород и заиметь кроликов, кур и козу? Земли хоть попой жуй. Это вам не хрущёвское время, налогом мелкую живность и яблони облагать не будут.  

Российские города со всех концов обросли на сотни километров коттеджными посёлками. Каждый из нас, продав городскую квартиру, может (но не хочет, потому что хлопотно) построить кирпичный или блочный домик, купить б/у автомобиль (в советское время о подобном мечтать не смели). 

Дорога да, неплохо бы отремонтировать кое-где асфальт. И прокладывают новый, и ремонтируют, под ленивое и жёлчное улюлюканье горожан, комментаторов соцсетей: «Не так укладывают... Не туда... Не те... Не тогда... Деньги пилят...» 

***  

Как ни больно, давайте признаем: кто хоть немного работает, у того сегодня есть всё. Дом, автомобиль, дача. И при этом мы стали не терпимее и злее. Намного. Можно даже сказать — бешеные стали, озверели. Потирая руки, хищно ждём, что вот-вот что-то произойдёт. Радуемся, по принципу: чем хуже, тем лучше. Буря, скоро грянет буря! В 17-м и 85-м тоже радовались. Продавали (Россию и СССР) — веселились, подсчитали — прослезились. 

Ну два-три автомобиля в семье, ну коттедж. А где, блин, мощная страна, перед которой трепетал весь мир?! Как Бурков в фильме «Гараж», Родину продали за дом и авто. То есть эти торгуют страной, — рассуждаем мы, — а в виде отступных сунули нам дом и авто. И мы продались.  И копим злобу.

Почему у нас всегда противоречие: сильное государство (СССР) — слабые граждане? Слабое государство — «сильные», обросшие жирком граждане. Почему нельзя: сильное государство — сильные граждане? И что плохого в том, что семьи «обросли жирком»?

Семья — это основа основ, пусть она крепнет. Чтобы у людей было что терять, кроме  цепей, и чтобы они не уподоблялись неизменно всплывающей пене, т. н. движущей силе бунтов и переворотов, которой лишь бы побузить. 

Из воспоминаний современницы Октябрьской революции: «Их (большевиков) опора — тёмные стада гарнизона, матросов и всяких отшибленных людей, плюс — анархисты и погромщики просто». Сегодня это — сытые, перекормленные, скучающие, мало работающие люди истероидного типа, каждый со своим маленьким личным, болезненным недовольством (а каждый человек всегда в глубине души чем-то недоволен). 

Ау, где они были, когда повышали пенсионный возраст, когда выходили учителя и врачи против низких зарплат?

***

Как выяснилось в тех же 1917-м и 1990-х годах, государство  — вещь ненадёжная, хрупкая, призрачная, эфемерная. Хруп — и нету его. Ложатся спать граждане в одной стране, а просыпаются в другой.

И единственное, что играет роль соломинки или стержня — это семья, дом. Родные стены, которые помогают, и которые сейчас активно возводят люди с руками, а не с нытьём и протянутой рукой (о, попробуйте написать про нытьё в соцсетях! Тотчас налетят сирые и убогие ильфо-петровские дети голодающего Поволжья. Помирая, ослабевшими от голода и сидения за компьютерами ногами затопчут, задавят).

Сейчас мы ходим вокруг этих родных стен, злорадно поигрывая огоньком. Не будем ли потом кусать локти и горько вспоминать это мирное время как «золотой век» России? Что бы ни говорили, как бы ни ёрничали и ни издевались, но она, Россия, сейчас — скрепа (ужасно неудачное слово). Уродливая, кривая, ржавая, гниющая — но скрепа. Альтернативы ей нет. Сломай, разрушь, разогни её — и всё посыплется. Начнётся вторая серия фильма кошмаров, под названием «Хватайте столько суверенитета, сколько влезет». По сравнению с которой развал СССР покажется милейшей сказкой на ночь. 

Что нас ждёт? Копошение сотен краевых и национальных элиток, крошечных местечковых министерств, делёжка кормушек, кресел и границ, лихорадочная грызня. Русский язык, пшёл вон из Татарстана, Удмуртии, Чувашии, Тывы и пр. 

...И да, я с Хабаровском, без закордонных провокаторов. Только такие организованные, мирные многочисленные митинги протеста по всей стране способны очистить страну от ржавчины и грязи. Встряхнуть власть за шкирку: не ладно что-то в датском королевстве. И не что-то, а многое очень, очень не ладно. И если забронзовевшая власть не продерёт глаза и не разрулит ситуацию, то её разрулят провокаторы, наши родные или какие-нибудь из соседней страны, натренированные «опоздавшие на рейс». 

Революции, мятежи, бунты, перевороты — удел стран третьего мира. 


Кто взасос ждёт - не дождётся второй волны коронавируса

Очухавшись от коронавирусной весенней истерии, открылись уже все развлекательные центры. Кафешки, бассейны, бани с девочками и без (боюсь, что и не закрывались). И только чиновничье-бюрократические организации держат железобетонную оборону. Администрации, Пенсионный, Соцзащита, МФЦ закрыты, запечатаны, закрючены, к ним примкнули больницы и садики. Если бы полгода назад нам сказали, что больницы будут закрыты и население некому будет лечить — мы бы покрутили пальцем у виска. 

Чиновники кайфуют. Так здорово: получать денежку и не работать с клиентами вплотную, лицом к лицу. Или вообще не работать — по бумажкам можно провести какие угодно цифры.

Чтобы решить мелкую проблемку (написать заявление) в отделе соцзащиты, я долго искала телефоны в интернете. Ни один не действителен, никто не обновляет сайты. Где-то в ответ пищит факс, другие вообще умерли. Итак, чтобы решить мою ничтожную проблему, нужно: специально приехать из района к отделу соцзащиты в город, выписать телефоны на дверях, позвонить. Назначили через три недели. Почему нельзя сразу привезти заявление — не понятно. Я приеду через три недели, напишу заявление и его, по закону, будут рассматривать в течение месяца. Мечта бюрократа, а не жизнь.   

Чиновники страстно, взасос ждут второй волны коронавируса и мысленно его подгоняют: ну, приди же скорее! Как с тобой здорово!

Collapse )

Откуда в нас любовь к парадам?

Плакаты, громадные колонны людей, бравурные марши: ту-ру-ру-ру. Прибавьте к этому устрашающий, внушительный лязг гусениц  и грохот тяжёлой техники, гул самолётов в небе. 

Любовь к торжественным шествиям людей, которые демонстрируют. Что конкретно демонстрируют? Это зависит от количества лишних денег в казне, которые жгут карман, от политической ситуации в стране, от обстановки на международной политической арене. Лозунги от «Пролетарии всех стран, объединяйтесь!» — до «Поможем зарубежным братишкам задавить буржуазную гидру» . От »Свободу Анджеле Дэвис« до  »Можем повторить«. Объединяет шествия одно: их самолично организовывает и возглавляет государство.

 Речь не о карнавалах, где веселье зарождается и выплёскивается из сердец стихийно, просто потому что отличное настроение. Или грустное, и его надо поднять. А костюмы, маски и перья либо мастерят своими руками, либо покупают в лавках на свои деньги.

 Позвольте, какие ещё перья?! Шествия — дело чрезвычайно серьёзное, государственной важности и понимания момента.

***

Откуда пошла любовь к шествиям, лозунгам, длинным речам? С революции, как ни странно. Откуда во вчерашних бойцах, комиссарах в пыльных шлемах, заскорузлых крестьянах, полуграмотных работягах образовалась эта яростная тяга, эта страсть становиться строем, идти под плакатами, писать бумажки, а потом по ним читать? 

Collapse )